В связи с ужасающими известиями о пытках политзаключённого Ильдара Дадина состоялся народный сход у здания ФСИН.
Восхищает достойное поведение сотрудников полиции и омон, которые, как мне показалось... были на стороне граждан... а вот сотрудники ФСИН, встречая сограждан, судя по всему, глубоко сожалели, что те на свободе.
Участники акции написали обращения к начальнику ФСИН с требованием провести расследование сообщений о пытках.
Эдуард Молчанов:
Весть о пытках, применяемых к Ильдару, набатом прозвучала в фейсбуке и звоном рассыпалась по всем группам, единственном пространстве, где вы можете выразить своё мнение, правда, с риском, что к вам могут постучаться в дверь.
Но Ильдар вылез из фейсбука, написал своё мнение на клочке бумаги и поднял над головой страшные слова «НЕТ ВОЙНЕ!».
Его мнение стоило ему трёх лет лагерей, которые сегодня называют колониями, полагая, что это более прилично.
Здесь, в колонии, на далёком Севере, он столкнулся с правоограничительными органами, которые в Конституции именуются по старинке правоохранительными.
Ильдар по характеру своему относится к той категории людей, которые идут до конца.
Он стал бороться против издевательств и пыток в этих учреждениях, суть существования которых заключается не в исправлении преступников, а в наказании их.
Поскольку текст бумажки, изъятый у «преступника» Дадина в качестве вещественного доказательства преступления, по-прежнему оставался в его голове, этот текст пытались изъять путем избиения и подвешивания к потолку на верёвке, привязанной к наручникам.
ИИльдар сумел, минуя правоограничительеые органы, передать письмо о воспитательных приёмах в застенках колонии своей жене Анастасии Зотовой.
Они сошлись по причине, которую может объяснить только Бог, и по совпадению плакатных текстов в их головах, да, пожалуй, и по совпадению железных характеров, которых не берёт ржавчина.
Я снимал красавицу Настю на свадьбе у каменной стены СИЗО, за которой находился её суженый.
Это была свадьба откровения, которой мало кто из вас удостоится.
Улыбки, цветы, счастье…, отравленное плачем Ярославны, воспроизведенным древним автором для таких случаев.
И я не теряю надежды вновь навести камеру не только на Настю, но и на Ильдара, которого она будет обнимать у железных ворот на выходе из тюрьмы.
Тревожный набат собрал чуть более ста человек, окружённых полицией, ОМОНом и автозаками, подогнанными впритык к нам.
Прежде они прятались за углом, теперь – транспорт подан, готовьтесь – психологическое давление запугиванием.
На проходной у ФСИНа телефон или не отзывался на обращение по проводам, которые вели в неизвестность, или внезапно обнаруживал дежурного, рекомендовавшего искать пресс-службу, которая, с трудом найденная в запутанных проводах МВД, отсылала к дежурному, хладнокровно оповещавшему, что ему неведом никакой Ильдар Дадин.
Нас было всего сто человек, и нами можно было манипулировать. Вот если бы пришли тысяча, пять тысяч, они, - боящиеся масс, - засуетились бы, и дежурный, и пресс-служба прискакали бы на рысях, и всякие дяди в погонах на тучных животах примчались бы, обещая с короб законных действий, которые они предпримут.
Наконец появился некий Михал Иваныч. Попросил: разговор без протоколов и съёмки на камеры.
Понятно, лишён полномочий и инструкций, но напуган нашими угрозами «бунтовать» здесь до утра, пока не явится уполномоченное начальство.
Наобещал, 10 ноября 2016 он доложит, какие меры приняты для обеспечения безопасности Ильдара.
Итак, приходите 10-го. Не сто, а тысяча. Заставим следовать закону и Конституции. Помните, один за всех, как Ильдар, и все за одного, за Ильдара!
P.S. Я поместил некоторые портреты, - сколько позволил фейсбук, - тех, кто пришёл вызволять Ильдара, а возможно тех, кого вам, не пришедшим, придётся вызволять.
Приходите, не отсиживайтесь дома. Ваше здоровье и здоровье страны зависит от вдыхания свежего воздуха у решётки проходной во ФСИН.
Две первые фотографии не принадлежат мне, изъяты с интернета без указаний авторства. Надеюсь. без обид - мы бьём в одну цель.